Производство за колючей проволокой

Производство за колючей проволокой

17.02.2016 1 Автор Администратор

Для человека непосвященного тюрьма — этакое средоточие зла и асоциальных элементов, где преступники отбывают наказание, просто находясь там и не имея возможности выйти за пределы колонии. На самом деле на зоне идет почти полноценная жизнь, в которой оступившиеся люди имеют шанс раскаяться, уверовать, начать зарабатывать, возместить ущерб пострадавшим в материальном эквиваленте, получить новые знания, овладеть новой профессией, переосмыслить свою жизнь. Вот только общения с родными и любимыми там недостаточно. Самое тяжелое – не видеть, как растут дети, улыбаются жены, стареют родители. Изоляция…

Тем не менее для тех, кто стремится к нормальной жизни, рабочие места могут найтись и во время отбывания наказания. Сегодня мы посмотрим, чем занимаются осужденные в ФК ИК-1, колонии строго режима, как ее называют в народе, там, куда попадают люди, совершившие преступление не в первый раз.

В первую очередь стоит рассказать о пекарне, или, говоря протокольным языком, участке хлебобулочных изделий,. Среди серых зданий, заборов с колючей проволокой, бетона и строгого собачьего лая вдруг настигает такой родной и домашний запах свежеиспеченного хлеба. Небольшой цех, в котором трудятся семь человек, работает с 2013 года. Первоначально пекарня обеспечивала лишь потребности колонии, однако постепенно нарастила производительность. Сейчас хлеб и булочки из зоны поставляют в детские сады села Майма, школу-интернат им. Г.К. Жукова, ресгимназию им. В.К. Плакаса, техникум туризма и сферы услуг, дом престарелых, реализуют через торговую сеть «Аникс». В перспективе – наладить производство макаронных изделий.

Как пояснил начальник участка хлебобулочных изделий, осужденный повторно, но решивший во что бы то ни стало переломить судьбу, работают они все по желанию, насильно никто никого не заставляет.

— Те, кто хочет жить нормально, конечно, идут трудиться. Считаю, так мы готовимся к адаптации в дальнейшей жизни на свободе, овладеваем профессией. Можем подать документы на условно-досрочное освобождение. Наша продукция полностью соответствует ГОСТу, ее регулярно проверяют в лаборатории.

Следующий цех —  швейный. В двух залах мужчины (зона-то мужская) сидят за швейными машинками, в третьем – идет обучение основам швейного дела. И пока одни только-только учатся шить, из-под рук других выходят удивительной красоты покрывала.

В цехе металлопереработки нас встречает полурыцарь -полуробот, выкованный местными умельцами на досуге. Один из мужчин, пряча руки за спину, смущенно признается, что железного человека сделал он. Товарищи подбадривают:

— Иди, сфотографируйся с ним, дочка потом в газете на тебя посмотрит.

Фотографируется. Вот только от улыбки не осталось и следа, такая тоска в глазах заплескалась…

А в цехе деревообработки мы в восхищении застываем перед парусником, несущимся по невидимым волнам. Тонкий, изящный, как символ воли и свободы, он также сделан мужчинами, осужденными во второй или третий раз.

Как пояснил заместитель начальника центра трудовой адаптации майор внутренней службы Виктор Александрович Глушанец, осужденные также оказывают услуги по ремонту автотранспорта, изготавливают строительный и пиломатериал.

— Трудоустроено на промзоне 132 человека. Работать осужденные хотят, потому что это дает определенные преимущества при освобождении. Если человек трудится, он может выплачивать иски, которые ему назначены государством, может освободиться по условно-досрочному.

Швейный цех в основном отрабатывает по госконтрактам: шьем одежду, постельное белье. Из цеха деревообработки почти все идет на продажу. Изготавливаем сувениры, рубим бани, готовим пиломатериал. У наших подопечных особенно хорошо получаются комплектующие для бань — двери, полки. Также они делают деревянную мебель.

Есть стол заказов. Человек приходит, дает размеры, объясняет, что ему надо. Посмотрели – да, сможем – и заключаем договор на оказание услуг. Предоплата 50%, остальное — при изготовлении. И это касается не только изделий из дерева. Можно заказать строительные материалы — плитку, мебель, сделать заказ на хлебобулочные или металлические изделия. Решетки, окна, двери, кровати, стеллажи, шкафы для продуктов, столы, кованые изделия – и все по ценам гораздо ниже рыночных. В принципе по чертежам мы можем сделать любые заказы.

Дополнительно мы получили сертификат на сувенирное оружие. В скорняжном цехе мастера изготавливают чучела, выделывают шкуры. Работаем над тем, чтобы расширить пекарню, открыть при ней кондитерский цех.

Как бы пафосно ни звучало, но мы и в самом деле к каждому клиенту подходим индивидуально. У нас нет склада, где готовые вещи лежали бы и ждали, пока их приобретут. Изготавливаем только то, что заказывают.

Сотрудники колонии уверены: работа осужденных, большой плюс. И дело не только в том, что люди частично социализируются перед выходом на свободу, но и  в том, что могут возместить ущерб за свои деяния.

Сами работники цехов о социализации и возмещении ущерба скромно молчат. На первом плане у них — возможность условно-досрочного освобождения.

 

Наталья АНТЮФЬЕВА