Одна из главных проблем этой зимы – снег. Искристый, пушистый, создающий ощущение сказки, он окутывает огромными сугробами не только поля и деревья, но также крыши домов, заборы и калитки, улицы и магистрали… Таежный Чойский район – один из самых красивых и самых снежных уголков республики. На вопрос, как удается справляться, глава муниципалитета
Александр БОРИСОВ отвечает: «Просто. Берем лопату и кидаем. С теми, кто забывает убирать снег с крыш, разговариваем, напоминаем о возможных последствиях. На дорогах работает техника. Вы же видите – мы едем, все нормально. Затрат, конечно, больше, чем в малоснежные годы, но выкручиваемся. Всегда приходится выбирать – сделать в первую очередь то или это».

По дороге на волластонитовую фабрику мы разговариваем о туризме, экономике в целом и о том, как живется сегодня сельским жителям.

— Туризма у нас практически нет. Отрасль хоть и считается локомотивом экономики, в наших условиях по отдаче в бюджет не очень-то оправдывает это свое «звание». А потом, у нас туристы бывают в основном проездом. Рядом Телецкое озеро, Бия – это туристские бренды, все стремятся к ним. К тому же туда ведет хорошая дорога, как и в почти бесснежный теплый Чемал, где уже давно сложилась курортная зона. У нас очень красивые места в Каракокше, Уймене, но к этим селам сложно проехать на современном «нежном» автомобиле, не предназначенном для грунтовок. В районе есть несколько «официальных» турбаз, но, как везде, имеются и «нелегалы». В основном они возят гостей, едущих не за комфортом, а за общением с природой, в тайгу водят труднопроходимыми тропами.
Наш экономический стержень – рудник «Веселый». Даже в прошлом году, когда работал, откровенно говоря, плохо, он дал больше налогов, чем все вместе взятые турбазы.
Район богат природными ресурсами. Ежегодно мы заготавливаем 160 тысяч кубов леса. В прошлом году был большой урожай орехов, настоящий ореховый бум – мешок шишек принимали примерно по тысяче рублей, и люди заработали колоссальные деньги. Колба каждый год «тянет» где-то на тридцать миллионов. Много готовят листа бадана, смородины, собирают клюкву, грибы…
Люди, занимающиеся всем этим, подпадают под категорию самозанятости. Официально они не трудоустроены, но за лето зарабатывают так, чтобы прожить зиму (не просто перезимовать, а что-то построить, приобрести) и подготовиться к следующему сезону.
Славится наш мёд – его качество подтверждено исследованиями, даже президент во время одного из визитов в республику отметил в числе лучших именно чойский мед. Пасеками у нас занимаются целые династии. Согласно статистике, накачивают около двухсот тонн.
Главная же проблема в том, что экономика эта по большей части «темная». Государство и народ начнут жить хорошо тогда, когда экономика станет цивилизованной, все направления деятельности, включая, кстати, туризм, перейдут из «темного» сектора в легальный. А это сделать сложно, ведь придется бороться с народом. Если при приеме на работу человеку предлагают зарплату, к примеру, двадцать тысяч, но «в конверте», или официально, но за вычетом 33 процентов, он выберет первый вариант – ему сегодня надо детей кормить, дом строить. А, например, в Южной Корее предприниматели отдают с выручки 10 процентов – и государство довольно, и коммерсант счастлив. Он работает честно и не в убыток. Нарушать закон и бояться ответственности никому не хочется. Система должна быть такова, чтобы налоги было выгоднее платить, чем не платить. Пока наоборот. Рано или поздно все придет в норму. Вопрос – когда? Президент страны проводит правильную политику, но на все нужно время.
Сегодня создано много силовых структур – многочисленных организаций с хорошей зарплатой, солидным обеспечением и серьезными льготами. Они массово ищут коррупционеров во власти. Но ведь победить коррупцию увеличением числа силовиков невозможно.
С другой стороны, едва ли не каждый день принимаются новые законы, к которым народ не успевает приноровиться. Страдают от этого чаще всего в нижнем звене, в муниципалитетах, а также простые люди.
— С таким большим сектором самозанятости есть ли у вас проблемы с безработицей?

— Это есть везде, не только у нас. При нынешнем общественном строе наряду с положительными моментами появился негатив, о котором при социализме и подумать было нельзя. Раньше были хуже жилье, дороги, вся социальная инфраструктура, но люди жили ровно, каждый имел «кусок хлеба» и был уверен в завтрашнем дне. Испокон веков люди делятся на некие группы. Процентов 10 – 15 от всей массы – лидеры, организаторы. Примерно треть составляют трудоголики, столько же – те, кто готов работать, но по легкому принуждению. Они сегодня живут прилично – жилья строится намного больше и лучше, чем в советские времена, почти у всех машины. У кого хватило смелости и таланта, открыли предприятия, обеспечивают рабочие места себе и односельчанам.
Оставшиеся несколько процентов – граждане, которых система раньше заставляла трудиться. В результате все имели пусть плохонькую, непрестижную, но постоянную работу, которая кормила семью и обеспечивала в дальнейшем пенсию. Со сменой строя и установлением выплат по безработице эта масса перестала трудиться, а если и выходит на работу, то по жесткой необходимости и на короткое время.

— Важная часть сегодняшней жизни – налаженный быт, тем не менее не все села могут похвастаться водопроводом и прочими благами цивилизации…

— В Чое процентов 70 домов обеспечено водопроводом и канализацией, теплыми санузлами. В административных зданиях «удобства» есть везде. Водопроводы работают и в таких небольших селах, как Киска и Ынырга. Здесь мы, думается, впереди всей республики. У нас на сегодня нет ни одной школы без канализации и водопровода, мы начали эту работу гораздо раньше, чем многие другие. Это не было желанием выделиться, просто жизнь заставила. Когда восстановили канализацию в Паспаульской школе, особенно благодарны были женщины из столовой, которым раньше приходилось на себе таскать огромное количество чистой, а затем отработанной воды. Дальше обустроили все детсады и школы. Зайдите в любую – уют и красота!
Работали все вместе, многое делали хозспособом, сейчас, к сожалению, запрещенным. Сегодня во всех сферах надо обязательно отыграть аукцион, соблюсти много других формальностей. В результате получается дороже, а зачастую и хуже, чем если бы сделали по-простому. Отрицательного в этом гораздо больше, чем положительного – примеров тому масса, в других муниципалитетах, думаю, со мной согласятся. Если бы на месте решали, кто будет строить, было бы больше ответственности, выходило дешевле, а в районах создавались бы рабочие места, нарабатывалась производственная база.
В целом в районе довольно хорошо жить. Люди работают, строятся и не собираются покидать малую родину. До Чои приемлемый асфальт, сейчас много возводится мостов, а это – два километра до и столько же после асфальтовой дороги. За последние годы построено с десяток новых добротных мостов (близ Пьянково, в Уймене, Ынырге, Каракокше, через Кузю). Только за год Автодор направил на эти цели около 400 миллионов рублей – не помню, чтобы такое раньше было. Здесь я полностью согласен с позицией главы республики А.В. Бердникова, что надо приводить в порядок мостовые переходы, будут мосты — будут и дороги. А вообще еще на моей памяти от рудника «Веселого» до Чои нужно было ехать на вездеходе два часа – сегодня добираемся на любой машине за несколько десятков минут. Просто люди, пересевшие на дорогие автомобили, стали более требовательны, и власть, конечно, старается соответствовать. Динамика положительная, объемы дорожного строительства постоянно растут – и в нашем районе, и в республике, и за ее пределами.

— Одна из проблем, которые всегда на слуху, – лесозаготовка, вывоз леса, легальность процесса…

— 160 тысяч кубов, заготавливаемых в районе, идут в основном «втемную», их нет в экономике, это по большей части «стокубовики». Каждый человек имеет право для постройки дома взять себе сто кубов бесплатного леса. Но на корню. В результате люди, которые не могут сами срубить и вывезти, отдают лес «черным» лесорубам, получают за это тысяч 25. И таких «стокубовиков» по республике набирается до 600 тысяч кубов. А всего заготавливают порядка 700 тысяч. В «темноте» – на миллиард двести товарной продукции только за год. Если бы это все шло в жилищное строительство, образно говоря, можно было бы Нью-Йорк выстроить. Но его же нет! Лес рубят, его перерабатывают, продают, нигде это не отражается. Процесс стал массовым. Когда закон принимали, он был направлен на благо жителей республики, но получилось так, как получилось. Мы против этого восстаем, хотим вовсе отказаться от «стокубовиков». Возможно, чтобы помочь людям, проще было бы тем, кто строится впервые, выписать какую-то сумму деньгами.
Причем при нынешнем уровне попённой платы сами лесозаготовители уже готовы отказаться от «стокубовиков», ведь к ним еще надо проехать, заготовить, отдать зарплату, продать, наконец. Это становится невыгодно. Потом, у заготовителей нет никакой стабильности, а у производственника всегда должна быть перспектива. Но пока по «стокубовикам» продолжают работать, потому что в ином случае придется участвовать в аукционах, конкурсах и торгах, которые наши заготовители при своих объемах и выиграть, скорее всего, не смогут.
Нужно найти способ, чтобы на этих кубометрах работали наши, местные заготовители – легально, с полным соблюдением техники безопасности и уплатой налогов.
Что же касается волластонитовой фабрики, она, к сожалению, долгое время простаивает без работы. Сегодня она передана в ведение республики. Создана правительственная рабочая комиссия, членом которой я являюсь. Наша задача – определить возможности использования имеющихся мощностей и приложить все возможные усилия, чтобы предприятие обрело, наконец, новую жизнь.

Справка «ЗА»:
Чойский район занимает площадь 4526 квадратных километров, граничит с Майминским, Чемальским и Турочакским муниципальными образованиями, а также с Красногорским районом Алтайского края. На его территории располагаются 21 населенный пункт, объединенные в семь сельских администраций.

Галина МИРОНОВА

Добавить комментарий