Слово об Учителе

Слово об Учителе

14.11.2013 0 Автор Администратор

Почти у каждого из нас в жизни наступает момент, когда начинает неудержимо тянуть к местам, где мы выросли, где остались наши детство и юность, где ещё живут друзья, где находятся могилы предков.

Сердце тянет к Балтийскому морю

Для меня это Литва, Прибалтика. Скоро будет полвека, как я живу на Алтае. Здесь семья, дети, внуки, есть правнук, и уже есть могилы родных людей. Но сердце по-прежнему тянет туда – к Балтийскому морю, к солнечным соснам и песчаным дюнам, к древним костелам, к одноклассникам, к этой неимоверной смеси польского, литовского, белорусского и русского языков, на которой говорили и говорят жители польско-еврейско-цыганских городков Литвы близ границы с Белоруссией. Это мои Эйшишки, Шальчининки (Шальчининкай), да и сам Вильнюс – столица республики.

Прошедшим летом мне наконец удалось побывать в родных местах. Друзья, одноклассники, знакомые – все изменились, давно стали взрослыми. Но все узнаваемы – по глазам, улыбкам. Изменились и города – они расстроились, стали более современными. Поменялся строй, другими стали названия улиц. Но Вильнюс – древний город с его узкими средневековыми улочками, старинными высокими домами в готическом стиле, с бесчисленными гостями и туристами, уличными кафе и сувенирными лавками – остался таким же прекрасным.

Шальчининки разрослись, теперь в них даже можно заблудиться, а вот Эйшишки вполне узнаваемы. Более того, сохранилась поляна, на которой прошло в играх мое детство. Та же школа — я в ней не только училась, но и начинала работать учителем математики.

Помню, как в 1959 году мы закладывали в Эйшишках Парк Победы. С полей были собраны останки воинов, погибших в этих местах в 44-м, определены их имена, фамилии. Взрослые несли бесконечные гробы, обитые кумачом, а мы, пионеры, отдавали пионерский салют. Гремели залпы орудий, музыка военного оркестра. Порадовало, что целы те памятники и написанные на них на двух языках фамилии захороненных солдат Великой Отечественной. Могилы тщательно ухожены, а деревья, которые тогда сажали, сильно разрослись. Над памятными местами там шефствуют советы ветеранов и Посольство Российской Федерации.

Моим «гидом» по Шальчининкам стал одноклассник Ваня Кобак, теперь – Иван Васильевич. Как всегда, открытый, добрый и смешливый. Под стать ему и жена Елена – приветливая, гостеприимная.

Конечно, мне очень хотелось посмотреть дом, в котором мы жили с родителями. Он сохранился – аккуратный, отделанный теперь по-современному. Рядом с нами жил мой любимый учитель Альгис (Альгимантас) Иосифович Домьёнайтис. Он преподавал у нас всего один год, в десятом классе, но мы все его очень любили. Много раз я задавалась вопросом: «Как он? Где?»

История ссылок — история стран

К моему великому изумлению, оказалось, он живет в том же доме. Встреча была неожиданной для нас обоих. Волнение, слёзы радости, он не мог поверить, что я его до сих пор помню! А я хорошо помню уроки физики и бесконечное наше «проживание» в физкабинете – мы всё делали сами, и девочки и мальчики: пилили, паяли, мастерили электроприборы, пособия для уроков. Из-за этих уроков, а также из-за преподавателя математики Ирины Александровны Славинской, которую тоже очень любила, я и поступила на физмат.

Узнав, что я теперь живу в Горно-Алтайске, Альгис Иосифович долго не мог прийти в себя. Как же поворачиваются и переплетаются людские судьбы! Оказывается, в десятилетнем возрасте (в июне 1941 года) он был сослан в Усть-Канский район Ойротии.

На следующий день мой учитель подготовился к встрече с ученицей: был накрыт стол с золотистым мёдом (выйдя на пенсию, он занялся пчеловодством), печеньем и чаем. На столе лежали документы, вырезки из газет, фотографии, ксерокопии. Главная его просьба заключалась в том, чтобы помочь найти в Горном Алтае друзей детства, семью любимого преподавателя Григория Ивановича Зиновьева, однокурсников, коллег из Усть-Канской средней школы, где начинался педагогический стаж молодого литовского учителя.

Мы уже начали поиски. Расскажу немного о себе и о том, кто это «мы». Я приехала в Горный Алтай со своей семьёй в 1970-м. В течение последних шести лет участвую в работе республиканского польского национально-культурного объединения «Zdroj» («Родник»). Основной темой наших исследований является польский след в истории Горного Алтая, в том числе и история ссылок – не только поляков, но и литовцев, украинцев, белорусов…

Здесь, в Сибири, проживают многие их потомки, а в Литве наряду с литовцами много поляков, белорусов и представителей других национальностей.

Ссыльных, которых вывезли из Прибалтики в июне 41-го, определили в село Куташ. Об этом нам рассказала Рита Иосифовна Паршина (в девичестве Мицканайте). Теперь мы шефствуем над скромным сельским погостом, где покоится прах многих выходцев с берегов Балтийского моря – жертв голода, холода, мучений.

Сейчас там, в Куташе, уже три памятника. Их поставили семьи Мацкевичей и Голембевских, а также наше общество — всем полякам и литовцам, погибшим в той ссылке. Это место освятил католический священник Бийского костела ксендз Анджей Обуховский.

Путь домой длиною в двадцать лет

А вот вкратце история жизни Альгиса Иосифовича. 14 июня 1941 года по всей Литве начались массовые аресты и вывоз людей. Всего тогда в Сибирь, на Север вывезли 29923 семьи. Причины не объяснялись. Арестовывали главу семьи, а вместе с ним погружали в вагоны жену и детей. Отец Альгиса был директором прогимназии, и его с другими мужчинами увезли на станцию Решеты в Красноярском крае, где Юозас работал на лесоповале. Только через несколько лет, когда разрешили переписываться, семья узнала, что он жив, а воссоединиться они смогли лишь в 1953-м. Жену с сыновьями – десятилетним Альгисом и полуторагодовалым Донатосом – отправили в Усть-Канский район Ойротии. Местом их поселения стала деревня Кужурла (теперь это Тюдрала), где стояли всего два дома без окон, дверей, крыш, которые отдали женщинам с грудными детьми. Остальные рыли землянки. В то лето случилась какая-то эпидемия, и почти сразу приезжие похоронили за ближней горой 15 детей и двоих стариков. Начались годы холода, голода, унижений. Но люди выживали, дети стремились к знаниям. Отношения с местными жителями складывались благожелательные, сибиряки сочувствовали людскому горю. Им сказали, что везут бандитов, а увидели они измождённых женщин с ребятишками. Позже разрешили селиться у местных, жили по две-три семьи на квартире, но уже в тепле. В соседней деревушке была начальная школа. Способного Альгиса там заметили и добились для него разрешения учиться в Усть-Кане (по тогдашним правилам ссыльным нельзя было уезжать с определенного для них места). Большую помощь оказали учитель математики Григорий Иванович Зиновьев и его жена Галина Федоровна, медик. Их сыновья Юрий и Сергей стали ссыльному мальчику друзьями.

По окончании школы при содействии Григория Ивановича литовскому юноше разрешили учиться в Ойрот-Туре, в двухгодичном учительском институте (1951 — 1953), а потом до 1959-го Альгис Иосифович работал учителем физики и математики в Усть-Канской средней школе. В Усть-Кане он женился на приезжей учительнице: математика Валентину Павловну направили работать в Горный Алтай из Центральной России. Со временем жить становилось все легче, но его всегда тянуло на родину. После постановления Правительства СССР о разрешении ссыльным возвращаться в родные места семья в 1961 году уехала в Литву.

Всем, кто знает и помнит

Осенью 1961 года в наш 10А зашёл молодой учитель физики Альгис Иосифович, его жена Валентина Павловна стала вести астрономию. Вот строки из сухой производственной характеристики: «…Как учитель Домьёнайтис требователен, принципиален к себе и к ученикам. Работает добросовестно, отдаёт всё свободное время и знания детям. Систематически работает над повышением своих знаний. Учится в Ленинградском педагогическом институте им. Герцена. Кабинет физики оборудован приборами и наглядностью. Много приборов сделали ученики под его руководством».

Получилось так, что и жили мы с ними рядом, в одном дворе. Могу добавить, что Альгис Иосифович – хороший семьянин, у него с Валентиной Павловной двое сыновей и пятеро внуков. А мы, его первые ученики, помним и любим своего учителя. Те, кто живёт рядом, навещают его, стараются помочь.

В Горный Алтай Альгис Иосифович приезжал в 1974 году с десятилетним сыном. Показал ему места, где прошло детство, они посетили кладбище, встретились с Григорием Ивановичем. Молодёжь должна знать прошлое.

С той поры в Усть-Кане многое изменилось. Альгис Иосифович, этот добрейший и умнейший человек, хочет восстановить связи с друзьями детства, однокурсниками, коллегами по работе в школе.

С помощью Тамары Александровны Зиновьевой (руководителя республиканского отделения Общества инвалидов) я узнала кое-что о Григории Ивановиче Зиновьеве и его сыновьях. Нашлась однокурсница Альгиса Иосифовича Клавдия Александровна Захарьева (Кенг), через неё наладили связь с Валерием и Мальвиной Карасиными, которые живут в Новосибирске.

Но этого, конечно, мало. Очень прошу: отзовитесь, кто знает и помнит Альгиса Иосифовича Домьёнайтиса! Он очень ждёт! Мы все – частица мировой истории, и каждый человек, его судьба бесценны.

У меня есть координаты Альгиса Иосифовича, а мой телефон и адрес находятся в редакции. И еще одна просьба – к тем, кто был когда-то сослан или был другом ссыльных, знает об их судьбах, о захоронениях: пишите нам, приходите!

Мы ждём всех, кто заинтересовался работой нашего общества, культурой, языком, традициями.

Н.Э. Гартман-Ягелло, член ПНКО «Родник», Горно-Алтайск.

100_4495 _2 Кужурла1