Дитя блокады

Дитя блокады

08.12.2015 0 Автор Администратор

БлокадникСуровое лихолетье 1941 — 1945 годов, принесшее страшное горе народу,  не забыть никогда. Продолжая военную тему, я поведаю читателям «Звезды Алтая» об интересном, даже уникальном человеке, который живет в Кызыл-Озеке. Это будет рассказ-потверждение, доказывающий, что, несмотря на зимнее настроение, в душах и сердцах людей великий май 45-го вечно жив.

Асадулла Шахгабутдинович Абдуллин – дитя ленинградской блокады. Он родился 7 апреля 1934 года в городе на Неве, куда его родители по трудовой вербовке попали из Башкирии, охваченной в 20-х годах прошлого столетия страшным голодом. На новом месте семье предоставили жилье. Отец работал грузчиком, мать — дворником. Подрастали четверо детей: старший сын Гимран, дочери Рауза и Асия и младший сын Асадулла. Со временем стали жить хорошо и сытно, ведь мир не без добрых людей, да и родители были работящими, порядочными. Приучали к труду и детей, безделье и праздность в семье не приветствовались.
Но страшная беда — война – перечеркнула спокойную ленинградскую жизнь.
– Я помню, — говорит дедушка Асадулла, — голод начался, когда сгорели Бадаевские продовольственные склады. Этот масштабный пожар озарял весь город, и у нас, детей, было ощущение конца света. Ленинградцам выдавали по 125 граммов хлеба. Мы делили кусочек на две части, чтобы позавтракать и поужинать, ухитрялись готовить соленую похлебку с хлебом. Военнослужащим хлеба причиталось больше – 700 граммов, ведь они нас защищали.
Со временем отключили свет, воду. С улиц исчезли собаки, кошки, не стало голубей. Все было съедено. Блокада началась 8 сентября 1941 года, закончилась 27 января 1944-го. Столько горя, потерь, лишений принесла!..
Но вопреки всему борьбу с фашистами продолжали. Я был семилетним мальчишкой, когда меня зачислили в городскую дружину, задача которой заключалась в скидывании с крыш зажигательных бомб. Внизу их тушили в бочках с водой. У взрослых на плечах – противогазные сумки, на рукавах – повязки. Нехитрый инвентарь: ведра, багры, длинные клещи, огнетушители – наши друзья в борьбе с огнем. Мы были горды и понимали нужность своего дела. Я работал, бегая по крышам родного Ленинграда. Лицо было чумазым от пыли, пот тек струйками по телу. Я не боялся бомб, потому что знал: помогаю себе, своему Ленинграду, своей Родине. Отец наш умер в 1942 году. Он был очень истощен, все время где-то работал. Как потом оказалось, трудился в похоронной команде. Помню, как-то он пришел домой, младшая сестра Асия кинулась ему навстречу, но папа отстранил ее, попросил не подходить, потому что у него нет сил держаться на ногах, если упадет, уже не сможет подняться. Любимый отец похоронен на Пискаревском кладбище.
В Ленинграде боялись, что с приходом весны начнется эпидемия холеры. Но благодаря труду медиков и санитаров заболевания удалось избежать.
Нашу семью эвакуировали 28 марта 1942 года по Ладожскому озеру. Машины ехали по почти растаявшей, полной воды дороге. После эвакуации мы оказались в Челябинске, где вскоре умерла наша мама – холод, голод блокадного Ленинграда сделали свое дело. Прибавило горя и расставание с Раузой, обстоятельства сложились так, что мы были вынуждены жить порознь. После перебрались в Башкирию, где через год расстались с Асией – ее забрали в детский дом.
На носу зима, а мы с братом Гимраном в резиновых галошах. Пошли на базар менять шерсть на валенки. Там увидели, что набирают добровольцев на фронт. Всучив мне мешок с шерстью, Гимран тут же записался, гордо заявив, что пришло его время воевать. Слезы душили меня… Больше я никогда не видел брата. После войны Рауза нашла место его гибели — на Калининградском фронте. Оставшись без родных, я скитался по белому свету…
В 1952 году поступил в ремесленное училище в Ташкенте. Успешно окончил его, получив специальность кузнеца. Три года служил на Балтийском флоте, куда меня призвали в 1953 году. Мечта увидеть сестер не покидала меня никогда. Огромное желание обрести родных сбылось не скоро. Спустя 16 лет мы встретились с Асией, через 22 года – с Раузой. Вот такая непростая судьба сложилась у нас, детей Ленинградской блокады, что проверяла нас на крепость духа. Мы выдержали, выстояли, выросли достойными людьми, не растеряли себя, друг друга. Теперь я живу в окружении детей, внуков с любимой женой Ниной Арлаевной. Она мне опора и верный друг.
Асадулла Шахгабутдинович с признательностью говорит о внимании со стороны Совета ветеранов Горно-Алтайска (в прошлом Абдуллин жил в городе), рад социальной поддержке, благодарен за приглашение в Кызыл-Озекскую библиотеку на мероприятие, посвященное 70-летию Победы. Надеется познакомиться с майминскими блокадниками.
— Хорошо бы встретиться, поговорить, — мечтает он. – Годы уходят, здоровье не то, но память о военном детстве останется со мной навсегда.

Ольга Бабандыева (Акпашева)