«Фильм-открытие», «Сенсация Московского кинофестиваля» такие высказывания звучали в федеральных СМИ о фильме «Волки», снятом в нашей республике на алтайском языке. Он завоевал успех на одном из самых престижных кинофорумов страны и скоро выйдет на большие экраны. Пожалуй, сейчас это самая ожидаемая кинолента для алтайского зрителя, впрочем, не только алтайского. В преддверии Дня российского кино, который отмечается 27 августа, мы пообщались с режиссером Михаилом Кулунаковым и оператором – с его супругой Ольгой. Разговор получился обстоятельным и интересным – о новом фильме, о трудностях и радостях кинотворчества, о семье, жизни и работе на Алтае.
– Наши земляки с нетерпением ждут выхода фильма «Волки» на большие экраны. Как я слышала, премьера состоится уже осенью. Так ли это?
Михаил: – Да, в конце октября – начале ноября. Показы пройдут по всей России. Планируется провести две премьеры в Горно-Алтайске, одну – в Москве, а потом уже фильм выйдет во всероссийский прокат.
– В каком формате пройдут премьерные мероприятия?
Михаил: – Думаю, будут встречи со зрителями с участием съемочной группы, но точно не знаю, мы тоже ждем подробностей.
– Как появилась идея сюжета? Много ли времени прошло от задумки до реализации проекта?
Ольга: – На самом деле процесс был долгим, от рождения сценария до долгожданного «камера – мотор!» прошло пять лет. С «Волками» мы прошли через многочисленные питчинги, начиная с кинофестиваля в Ялте, где первый раз презентовали эту историю, выиграли, получили финансирование на создание трейлера. Сумма была меньше той, на которую можно было бы снять полный метр, и мы сделали тизер. Кейс с нашим сценарием и смонтированным трейлером вскоре попал в руки продюсера, после чего был большой питчинг в Министерстве культуры РФ, по итогам которого нам выделили средства на съемки.
– Поясните, пожалуйста, нашим читателям, что такое питчинг.
– Это презентация идеи, когда ты максимально наглядно и понятно рассказываешь о своей задумке, демонстрируешь материал будущего фильма. В современной киноиндустрии очень часто финансирование идет через питчинги.
– Давайте вернемся к моменту задумки кинокартины. Откуда взялся сюжет? Как писался сценарий?
Михаил: – Я родился в Каспе Шебалинского района, там прошло мое детство. Как-то с мамой ехали в родное село, и она вспомнила трагическую историю, произошедшую здесь в XIX веке. Об этом раньше мне рассказывала и бабушка – как двое людей в болоте похоронили человека… Данные события были описаны в историческом романе алтайского писателя моего дяди Кюгея Телесова «Катунь весной». Мы взяли эту историю за основу фильма, немного изменили канву, сделали ее более сжатой, драматичной, метафоричной. Так совпало, что как только мы закончили сценарий, нам позвонил продюсер из Москвы, пригласил в Ялту с презентацией проекта. Это, по-моему, в 2019 году было…
Ольга: – Чтобы ехать не с пустыми руками, а хотя бы с маленьким видеорядом, мы попросили нас поддержать двух замечательных актеров нашего нацтеатра Айдара Унатова и Айдына Бадыкина. С ними поехали в Каспу и за один день сняли один кадр. Получилось хорошо. В дальнейшем этот кадр почти полностью повторился в самом фильме.
Ребята сыграли эмоционально, красиво, у комиссии не осталось никаких вопросов к материалу. Так что благодаря в том числе и их работе случилась вся эта история.
– Получается, процесс сразу пошел слаженно и удачно?
Михаил: – Не совсем. Было много моментов, когда нам отказывали, говорили, что это неинтересно. Нельзя сказать, что было легко.
Ольга: – Кому-то может показаться, что мы легко пришли к успеху. Но все продвигалось очень небыстро. Много времени, труда, ожиданий и надежд отдано процессу создания фильма.
– Мы уже начали говорить о вашей работе с актерами Национального драматического театра им. П.В. Кучияка. Они все-таки служители сцены. Насколько сложно им давались съемки?
Михаил: – Они профессионалы в своем деле, знакомы с актерскими школами Станиславского, Чехова, Мейерхольда, понимают суть этой работы. До съемок мы проговаривали, чем отличается театр от кино, потом прорабатывали все на практике, провели несколько читок. В итоге на съемочную площадку все вышли подготовленными, каждый понимал свою задачу, что и как нужно делать. И, мне кажется, наши актеры отлично справились. На показах ни один зритель не сказал «не верю».
– Поделитесь, как проходили съемки.
Михаил: – За продакшн фильма отвечала компания «РВ Групп». 90% команды, снимавшей фильм, были москвичи. Снимали у нас на Алтае, технику привозили фургонами. Ребята здесь жили и работали. Все было организовано очень хорошо, хотя и не без проблем, но это нормально. Главным было – насколько мы все подготовлены, собраны, можем ли сработаться. В спорных моментах мы не конфликтовали, не расходились в разные стороны, а решали эти вопросы на площадке сразу же и довольно успешно. В итоге уложились в срок, в 23 съемочные смены. Вообще для исторической картины с небольшим бюджетом это результат достаточно труднодостижимый.
– Вне сомнения, нашим землякам фильм попадет точно в сердце. Но, как думаете, чем он зацепил зрителей большой страны, экспертов киноиндустрии?
Ольга: – Судя по отзывам в интернете и оценкам кинокритиков, зрителей цепляют сама история, национальный колорит, этника.
Михаил: – Думаю, здесь срабатывают сюжет, экспрессия, эмоции, которые есть в фильме, неожиданные повороты, ну и так далее.
– Может быть, уже приходит время, когда меняются вкусы у зрителей. Вам не кажется, что многие люди подустали от попсы и гламура и им хочется чего-то более «нишевого»?
Ольга: – Довольно сложно рассуждать на эту тему. Если говорить о зрительской аудитории, то она в нашей большой России очень разная. Продюсеры постоянно держат руку на пульсе и пытаются понять, чего хочет современный зритель, что для него актуально и интересно, что лучше продается? Это большой бизнес, которым занимаются огромные компании, и с нашей точки зрения здесь делать некий анализ не представляется возможным.
Опять же не утихают споры насчет этнического кино: насколько оно интересно зрителю центральной части России? Понятно, что в этом есть какая-то своя изюминка, нечто новое для тех же москвичей. Но нужны ли им такие истории, или они все-таки хотят смотреть про себя и свой мир? В общем, вопрос остается открытым. А по поводу «Волков»… Думаю, более точную оценку публики мы узнаем после выхода фильма в прокат.
– Как вы сказали, проект вашего фильма прошел через несколько питчингов, в итоге привлек внимание столичных продюсеров. А бренд Горного Алтая, который сейчас у всех на слуху, мог сыграть свою роль?
Михаил: – Прежде всего продюсеры все-таки ищут уникальную и интересную историю, ведь сейчас большая часть фильмов перекликаются по сюжету, есть проблема одинаковости персонажей, характеров. Не прекращается поиск новой атмосферы, фактуры, среды. В этом смысле наши «Волки» выделились на фоне многих.
– Расскажите о ваших предыдущих важных для вас киноработах.
Михаил: – В 2018 году при поддержке ГТРК «Горный Алтай» был снят фильм «Изгородь» по мотивам рассказа Дибаша Каинчина. Именно с этой ленты нас начали замечать в российском киносообществе. Потом при поддержке Союза кинематографистов России, ГТРК «Горный Алтай», наших местных депутатов мы сняли первый полнометражный фильм на алтайском языке «Тропа». Он имел успех на фестивалях, его очень тепло приняли зрители и критики. До сих пор нас приглашают на фестивали с этой картиной. Собираемся поехать с «Тропой» в Марокко. Данный фильм сделал свою работу, дав нам путь в киносообщество. Оно достаточно закрытое, и далеко не каждый продюсер готов работать с новичком в этой сфере: нужно вначале понять, на что способен человек. В общем, взаимоотношения здесь складываются очень долго и непросто.
– Значит, это была «тропа» к успеху?
Михаил: – Да, наверное, к пониманию, кто мы такие, как работаем с материалом. А «Тропа» у нас, по сути, вообще без бюджета снята, хотя эффект был такой, будто туда вложены серьезные деньги. Видимо, поэтому «Волков» уже смело взяли в работу. Хотя дебютантам, которыми мы являемся, на историческую картину далеко не всегда дают зеленый свет.
– Легко ли делать кино в провинции? Что мешает, а что помогает?
Михаил: – У нас маленький регион, где нет своего киносообщества, не развита соответствующая инфраструктура, нет серьезной поддержки. Финансирует нас только Москва. Получается, здесь просто живем и вдохновляемся какими-то идеями, а работать приходится в столице с московскими компаниями.
– Насколько сегодня наш регион привлекателен для съемки кино?
Ольга: Столичным компаниям снимать фильмы на Алтае довольно затратно: дорога, проживание, аренда машин – это все для них экономически невыгодно, им проще снимать в тех регионах, где цены ниже, либо в Москве. Алтай стал очень дорогим направлением, в том числе для кинопроизводства, из-за активного развития туризма.
– Если бы у нас в республике появилось свое министерство кино, какие инициативы вы могли бы ему предложить?
Михаил: – Мы сотрудничаем с Правительством и Министерством культуры Республики Алтай, были встречи и обсуждения вопросов развития кино в регионе, даже составлена дорожная карта, но пока все сложно реализовать. Сначала нужно решать первостепенные проблемы, которых в культуре много. Например, нехватка помещений. Есть желание создать на базе колледжа культуры какое-то образовательное направление по кино, но это технически невозможно – мало места. Поэтому нужно сначала решить насущные вопросы, а потом уже внедрять наши идеи.
– Было бы очень интересно узнать, какие фильмы вы смотрите. Назовите ТОП-5 любимых кинолент.
Михаил: – «Сказки туманной луны после дождя» Кэндзи Мидзогути, «Андрей Рублев» Андрея Тарковского, «Время цыган» Эмира Кустурицы, «Харакири» Масаки Кобаяси и «Сибириада» Андрея Кончаловского.
Ольга: – «Макбет» Джастина Курзеля, «Романс о влюбленных» Андрея Кончаловского, «Молодой папа» Паоло Соррентино, «Седьмая печать» Ингмара Бергмана, «Тело Христово» Яна Комаса, «Кролик Джоджо» Тайка Вайтити.
– Перейдем к блоку о личном. Читала в интервью с Михаилом в одном из федеральных СМИ, что вы познакомились в Северной столице, когда учились в Санкт-Петербургском университете кино и телевидения. Ольга, вы коренная петербурженка. Этот город – магнит для творческих людей, но вы уехали жить и работать на Алтай. Почему?
Ольга: – Если бы наши дети росли в Санкт-Петербурге, то здесь, в республике, они были бы просто туристами. Нам хочется, чтобы сын, ему 8 лет, и дочь, ей 11, были причастны к этой природе и культуре. Мы переехали сюда, когда дочери был год. Она растет, и у нее появляется более глубокое понимание своего места, родной земли, что очень важно. А сын родился уже на Алтае… Дети – наши главные мотиваторы и двигатели.
Алтай для меня стал домом. Однажды, на тот момент я уже жила здесь лет пять, мы поехали в Хакасию на кинофорум, и я попала на длительную автоэкскурсию. Мы долго ехали, за окном были плоские ландшафты – степи, степи… Уже к вечеру где-то далеко, через дымку я увидела алтайские горы – и на меня нахлынула такая волна эмоций! Потом поняла, что Алтай заложил во мне какое-то зерно – и вот оно растет, расцветает. Оказывается, я уже так сильно связана с этой республикой. Санкт-Петербург тоже очень сильно люблю – это город-манифест человека, его силы и таланта, а Горный Алтай – манифест природы.
– Вы делаете кино в тандеме. Как совмещаете быт и творчество? Кто за что отвечает в вашей семье и в работе?
Михаил: – Если про работу, то сценарий вместе создаем – я пишу, Ольга редактирует, корректирует, подсказывает. На площадке она как оператор отвечает за визуал, я – за различные решения в работе над нашей киноисторией. Все это, конечно же, совместный процесс, который обсуждается, проговаривается. Дома все как обычно, стандартно. Вместе ведем быт, у нас нет четкого распределения обязанностей.
– У вас бывают какие-то конфликты на творческой почве?
Михаил: – Это больше споры. Да, случаются, ведь у нас могут быть разные взгляды, разные позиции. Но в спорах рождается истина.
Ольга: – Это, как правило, интересные и даже необходимые споры.
– А ваши дети у уже проявляют интерес к кинотворчеству?
Ольга: – Сейчас у них «шикарный» возраст, когда с ними можно смотреть уже кино, а не только мультики, потом обсуждать, и это очень интересно.
Михаил: – Мы объясняем им, что делать кино – это наш выбор, а у них он может быть совершенно другим, необязательно идти по нашим стопам. Мир огромный, в нем много разных дорог. Кто-то, возможно, захочет стать врачом, кто-то – инженером. Почему бы и нет?
Ольга: Главное – слушать себя.
– Традиционный вопрос о планах на будущее. Может быть, уже начали работать над новым фильмом?
Михаил: – Да, сейчас пишу сценарий истории любви. Что из этого выйдет, пока не знаю.
– Поскольку грядет День российского кино, пожелайте или порекомендуйте что-нибудь киноманам и кинотворцам.
Михаил: – Ищите и смотрите хорошее кино! Несмотря на масштабы и развитие кинематографа, найти хороший фильм бывает сложно. Хорошее кино, как и хорошее вино, на прилавках так лежит, что его надо поискать.
Ольга: Недавно я увидела интересный мем. Человека спрашивают: «Ты так изменился. Что с тобой?» Он отвечает: «Я просто посмотрел кино». То есть настоящее кино – это когда ты меняешься.
Беседовала Светлана Костина
Фото из архива Михаила и Ольги Кулунаковых
цукаываываываыва
