От “балетной мышки” до заслуженной артистки Республики Алтай

17

«Я обязана танцевать! Если я не буду, то и вы тоже не должны», – будучи маленькой девочкой, Ак-Ай Шинжина топнула ножкой и заявила это родителям. Она рано повзрослела, совсем еще юной уехала учиться искусству хореографии в далекую Бурятию. Потом училась в Москве и там начинала свой профессиональный путь, но малая родина манила домой…
В нашей беседе заслуженная артистка Республики Алтай солистка Государственного национального театра танца и песни «Алтам» делится сокровенным: как дедушка‑сказитель пробудил в ней любознательность, как мама привела ее к классическому балету и почему для нее так важно нести искусство балета жителям родной республики.

– Как вы пришли к танцам? Наверное, все началось в детстве…

– Когда мама училась в ГИТИСе, привозила из Москвы кассеты с записями балетных постановок. Я была маленькая, но помню, как она усаживала меня рядом и мы вместе смотрели балет «Легенда о любви». Наверное, мама уже тогда мысленно видела меня в хореографии. Я тоже хотела танцевать, ведь девочки часто хотят быть похожими на своих мам. Однажды, когда мне было лет пять-шесть, мама принесла купальник, юбочку и детские балетки. Я все это надела, мы встали возле шкафа и мама показала мне балетные движения. Потом она подарила мне очень интересную книгу «Мартина – балетная мышка» Жильбера Делаэ и Марселя Марлье про девочку, которая училась в балетной школе. Содержание я выучила наизусть.

Еще мне нравилось смотреть запись французского хореографа и балетмейстера Мориса Бежара – современного балета, авангардного для своего времени. Труппа называлась «Балет XX века». Я влюбилась в это направление, оно меня вдохновляло!

Когда мама открыла детскую танцевальную школу-студию, мне было восемь или девять лет, тогда же начались мои первые шаги в хореографии. Папа преподавал бальные танцы, мама – классику. Я очень полюбила бальные танцы. Будучи очень спокойным и тихим ребенком, которого часто не замечали, я как будто раскрывалась, танцуя прежде всего для самой себя.
Родители рассказывали, что однажды я топнула ногой и сказала: «Я обязана танцевать! Если я не буду, то и вы тоже не должны» (смеется).

– Получается, вы с малых лет видели себя в балете?

– Честно говоря, я хотела стать чемпионкой мира по бальным танцам. Мама мне тогда сказала: «Ты не будешь чемпионкой, если не овладеешь классикой». И я согласилась. Сейчас понимаю, что это был хитрый маневр мамы, но я ей благодарна. Классика дала мне базу, дисциплину, понимание тела и все то, без чего я бы просто не состоялась в своей профессии.

– Вы во многом повторили судьбу мамы: тоже с ранних лет уехали из дома, посвятили себя танцам.

– Да, но есть разница. Она человек волевой, сильный – сама нашла этот путь. Я же была спокойным, тихим и домашним ребенком….
Восемь лет я обучалась в хореографическом училище в Улан-Удэ в Бурятии, куда нас отправили вместе с двоюродным братом Айханом.
Когда мама с папой уехали, оставив нас в интернате, я плакала, а потом считала дни до возвращения домой. У меня к тумбе был приклеен календарик, на нем я каждый вечер зачеркивала дни. Дата окончания учебы была украшена фейерверками, а ниже стояла подпись: «Я хочу домой, к мамочке родной».
Первые четыре года сильно тосковала по дому, потом надоело скучать и плакать. Я осознала: если хочу чего-то добиться, должна взять себя в руки.

– Вы учились с братом. Наверное, вместе жизнь на новом месте давалась легче?

– Первые два года мы притирались друг к другу, но потом стали очень близкими людьми.

– Вы рано начали самостоятельную жизнь. Нет ощущения, что упустили детство?

– Сейчас, в 35 лет, оглядываясь назад, могу сказать, что у меня все было прекрасно. Я бы не хотела другого детства.

– Что было после училища?

– Поехала учиться в Москву. Очень хотела поступить в ГИТИС на балетмейстера-режиссера, как мама. Но в 2009-м набора на эту специальность не было. В итоге поступила в Московскую государственную академию хореографии (МГАХ) на педагога.
Параллельно с учебой работала, занималась преподаванием, старалась полностью себя обеспечивать, чтобы не быть обузой родителям.
МГАХ – один из самых престижных вузов страны, там работают настоящие мэтры.
Учиться мне нравилось, хоть я и не видела себя в преподавании. Педагогический опыт в ту пору оказался для меня очень важен, ведь, объясняя балет другим, я объясняла его самой себе.

Помимо преподавания танцевала в труппе Московского театра «Корона русского балета». Это было насыщенное время, период погружения в мир русского классического балета. Около 180 раз я танцевала в «Лебедином озере», около 150 – в «Щелкунчике», а еще в балетах «Спящая красавица», «Жизель», «Кармен», «Золушка» и других.

– Вы работали рядом с мировыми знаменитостями балета. Какие они, настоящие артисты?

– Об артисте можно судить не только по его выступлению, но и по тому, какой он вне сцены. Ведь это и про образ жизни, про внутреннюю гармонию, культуру и кругозор. Если человек поверхностен, это чувствуют зрители и коллеги – скучно смотреть, не цепляет. А когда артист глубокий, наполненный, он сразу выделяется. Ему есть что донести, он играет душой.
Мне всегда было интересно наблюдать за ведущими балеринами – например, во время «Лебединого озера». Те, кто танцевали безупречно, красиво, технично, выразительно, обычно отличались вежливостью и деликатностью, они никогда не повышали голос. Напротив, артистки с неровным исполнением чаще проявляли несдержанность: могли повысить голос на коллег или выразить недовольство по разным поводам.
Моя привычка быть наблюдательной, пожалуй, тоже появилась благодаря маме. Она меня с детства учила: «Анализируй, прогнозируй».

– Были ли моменты в годы учебы, когда хотелось все бросить?

– Да. В училище у меня начались проблемы с лишним весом. Каждый год у нас из-за этого отчисляли по три-четыре девочки. На пятом году обучения педагог сказала: «Мы, наверное, попрощаемся с вами». Я почти ничего не ела, была постоянно без сил от недоедания, но вес не уходил. Тогда уже появились сотовые телефоны, я позвонила маме и сказала: «Больше так не могу, я хочу уйти». Мама не ругала меня, не давила, она спокойно ответила: «Хорошо. Только ты этот год закрой, летом заберем документы, переведем тебя в Горно-Алтайск в обычную школу».
Я тогда выдохнула, сдала экзамены, а летом, когда груз ответственности с меня спал, похудела и приехала в училище обновленной. И уже никто больше не поднимал вопрос о моем похудении и исключении. Я взяла волю в кулак, много занималась и окончила училище хорошо. А еще у меня в голове всегда звучал мамин голос: «Занимайся! Держи хвост трубой! Ты справишься!» Это помогало.

– Борьба с лишним весом была очень тяжелым испытанием. А как вы сейчас относитесь к этому вопросу?

– Сейчас я ем все, что хочу, но не поправляюсь. Секрет в том, что перестала себя ломать. Когда я была в училище и мне говорили: «Ты толстая, худей», я либо голодала, либо срывалась и набирала еще больше. Это был замкнутый круг.
А потом поняла: если не буду себя мучить, то смогу найти баланс. Не секрет, что когда ты в стрессе, организм начинает запасаться – это естественная реакция. Нужно слушать свое тело. Сейчас, если хочется сладкого, беру и ем. Никакого насилия над собой. Думаю, мне еще повезло с генетикой.
Физическая форма в балете – основа, но успех зависит от силы, выносливости, координации и контакта с телом: умения слышать его сигналы и работать без вреда для здоровья.

– Вы переехали из Москвы в Горно-Алтайск. Что стало главной причиной этого решения?

– Я работала в столице буквально без передышки, при этом никогда не признавалась себе, что устала. Когда приезжала в родные места, это было как глоток свежего воздуха… Бывала в республике я довольно часто, но всегда приходилось возвращаться обратно в Москву.
С июня 2024-го я живу и работаю в Горно-Алтайске. Добавлю, что во время учебы я не разрывала связь с республикой – постоянно выступала в составе «Алтама».

– Как к этому отнеслась мама?

– Полностью меня поддержала, это одна из главных причин, почему я решилась на переезд. В последние год‑полтора я начала замечать, что постоянно звоню маме. Раньше такого не было: мы могли не разговаривать неделями, это было нормально. Со временем поняла, что мама – самый приятный собеседник в моей жизни, она понимает меня лучше всех. Мне хотелось, чтобы мамы в моей жизни стало больше.

– У вас необыкновенная семья. Например, ваш дедушка – известный кайчы-сказитель Таныспай Баксурович Шинжин. Интересно, как он на вас повлиял?

– Дедушка, мне кажется, подарил мне любознательность. У него всегда были огромная любовь к знаниям и интерес ко всему, что происходит в мире. Особенно он любил животных. Они с Айханом часто смотрели вместе «В мире животных». Конечно, от деда я узнала очень много ценного о традициях и культуре нашего народа. Мы с Айханом обожали слушать нашего дедушку. А брат, наверное, если бы не связал свою жизнь с хореографией, мог бы стать ученым. Он всегда знал ответы на мои вопросы о космосе, животных, природе и о многом другом. Меня увлекают разные темы – астрономия, история, особенно интересен Древний Египет. Живя в Москве, любила ходить по музеям, театрам, выставкам, часто посещала планетарий, здесь этого немного не хватает, но всегда есть книги. Очень люблю читать.
Если говорить о бабушке Зое Шакаевне Шинжиной, то, будучи редактором книжного издательства, она много ездила в командировки в Москву или в Северную столицу, по возможности ходила смотреть балет, в том числе и в Мариинский театр на «Лебединое озеро», а это было еще задолго до того, как мама начала танцевать. Вот так наши интересы переходят из поколения в поколение, формируя судьбу и выбор пути.
Когда я уже жила в Москве и где-то бывала, все время думала: «Интересно, а моя тяна здесь ходила?»

– Давайте поговорим о вашей творческой деятельности на малой родине.

– Мой народ – это моя большая семья, для которой хочется сделать что-то хорошее и значительное. Одной из главных моих творческих идей стало создание балета «Щелкунчик». Мне кажется, нашему зрителю этого не хватало. «Щелкунчик» создает настоящее новогоднее настроение и дарит веру в чудеса. Это классика, это музыка, это красота и это сказка, которая нам необходима в любом возрасте! Я много танцевала в «Щелкунчике», и мне было чем поделиться. Мама поддержала меня, сказала: «Конечно ты сможешь». И я поставила спектакль. Очень рада, что у нас теперь есть свой «Щелкунчик».
Спектакль «Алмыс» – это наша совместная работа с мамой. Основные части постановки создала она, а я отвечала за дуэтные сцены. Это был интересный опыт, ставший для меня очередным погружением в мир мифов, легенд и традиций алтайского народа. Работать с такими темами всегда непросто, мои земляки очень трепетно относятся к национальной тематике, в каком-то смысле идешь по тонкому льду. К счастью, не было ни одного плохого отзыва, людям очень понравился наш спектакль.

– Получается, в родной республике вы перешли на новый творческий этап, развиваетесь уже, создавая балетные постановки. Чего вы ждете от этой деятельности?

– В первую очередь мне хочется, чтобы это не сводилось лишь к постановке красивых спектаклей, я вижу здесь и просветительскую миссию – воспитывать в людях культуру посещения театра. Недавно задумалась над одной параллелью. На скалах Алтая туристы оставляют надписи, а местные жители обращаются к ним: «Пожалуйста, поймите: для нас Алтай – это храм». И я подумала: «Да, все верно, и театр тоже храм».
Хочу донести до людей эту идею: театр – особое, почти сакральное пространство, которое требует уважительного отношения.

– Что пожелаете зрителям и коллегам в канун Международного дня танца?

– Я призываю всех посещать театры, обогащать себя искусством. Ведь, если в мире не будет искусства, мы рискуем скатиться к первобытному состоянию.
Посещайте концерты «Алтама»! Наш театр старается поддерживать максимально высокий уровень танцевального искусства и нести его зрителям. Не у всех есть возможность регулярно ездить в крупные города за культурными впечатлениями, поэтому мы стремимся дарить их здесь, в нашей республике.
А алтамовцам и всем своим коллегам я хочу пожелать, чтобы поставленные цели обязательно достигались, чтобы не проходило стремление танцевать и делиться этим с людьми.
И пусть когда-нибудь сбудется наша заветная мечта – у «Алтама» появится собственное здание!

– Ак-Ай, спасибо вам огромное за этот разговор! С наступающим вас праздником! Счастья, здоровья, творческих успехов!

Беседовала
Светлана Костина
Фото предоставлено
Ак-Ай Шинжиной

цукаываываываыва