Листая старые альбомы. Конкурс «Ностальгия» (продолжение)

Листая старые альбомы. Конкурс «Ностальгия» (продолжение)

04.04.2014 0 Автор Администратор

«Я тоже сплавлялся»

Попов

В.А. Попов — бывший кузнец мебельной фабрики, кавалер ордена Трудовой Славы третьей степени, родился в Манжероке 10 мая 1934 года. До службы в армии работал в местной артели. Вот что он рассказывал. «Однажды в 1952 году, когда мы готовили лес в Киричеке за Чемалом (а были мы там три Виктора – я, Лушкин и Нечитаев), в деляну приехала бригада сплавщиков во главе с дядей Яшей Степановым. Кроме него в команде были Федор Мошкалев, Иван Пьянов, Иосиф Басаргин, Александр Попов. Собрали они плот, ждали, ждали шестого напарника — Павла Зыкова, а он загулял и не приехал. Тогда дядя Яша позвал меня вместо Павла. Страшновато было, конечно. Особо опасные, по словам сплавщиков, были камни Гуси выше Усть-Семы, но их мы прошли нормально. Спокойно прошли и под деревянным мостом. В Мунах, при выходе из Затона, стоят две высокие скалы, образуя узкий коридор. При одном их виде страшно! И вот в этом узком месте крутануло вдруг плот и поставило поперек. Не успели мы вовремя гребь поднять, ударилась она лопастью о скалу, меня и кидануло другим концом выше по течению. «Витьку-то утопили!» — закричал Пьянов, а я уже на камень выбрался. Кое-как стягами столкнули плот и поплыли дальше…

Во второй раз довелось сплавляться от Манжерока до Шульгина Лога. В команде было четыре Михаила — Еличеков, Захаров, Криволуцкий, Соколов и Александр Попов. Дед Петр Фомич Пьянов приболел, меня и взяли вместо него…

А еще помню вот какой случай. Два мужика жили у нас в селе – Кырышев и Суртаев, имена их не помню, забыл. Так они плоты вдвоем гоняли. Как-то в половодье мы дома в артели работали. Услышали крики, выбежали все. Плот заклинило в Малаховом камне, где Фомкины жили. Суртаева люди видели, как кидануло о камни, видимо, зашибся и утонул. А Кырышева бревнами раздавило, ничем ему уже не смогли помочь. Кырышев-то маленький был, а вот Суртаев — детина в сажень ростом, Катунь в любом месте переплывал, да еще держа в руках по бутылке водки. Наверное, судьба у них такая…»

Николай Воробьёв.